за руки словили два амбала крупной Бастардовской наружности.
— Стойте! — не ожидала, что увижу растерянное выражение на лице Имины. — Она наша.
— Предъявите документы, сами знаете где, — отчеканил мужчина и меня повели за руки, как особо опасную.
— И куда вы меня тащите? — попыталась вырваться, но по-моему проще скалу сдвинуть. Синяки ведь будут.
— На ринг, — ответили и сквозь толпу неизвестные лица насильно тащили. Хаски твоих рук дело? Пугаешь? Учишь правилам поведения в обществе?
* * *
POV Хаски.
— Дим, Дим, — заверещали на перебой Имина и Олеся. — Они ее забрали! Мы пытались остановить, документы затребовал.
— Вот гаденыш, — сделал комплимент Пудель. — Так и знал что-нибудь похожее вытворит. Все знают, как ты презираешь Бастардов. А тут в обществе одного, — я сидел спокойно, сложив руки локтями на столе перед собой.
— Не повезло. Зато научится манерам, — ответил я на всплеск криков над ухом.
— Ты представляешь, что он может с ней сделать? — Виталик, как и обычно, постарался принести капельку доброты. Бесполезно.
— Виталик, успокойся, ничего не сделает, — с тяжелым вздохом ответил. — Продаст за энную сумму и посмеется, как мы отвалим за неказистого Бастарда кредиты.
— Э! Нет! Я пас! — поднял руки вверх Трески. — Мне Ананина не нравится. Пусть ее кто-нибудь купит и из нашего института турнет.
— Все-таки это мы притащили ее, — заметила Имина.
На нее посмотрели все без исключения мужские взгляды вопросительно и удивленно. Как будто увидели нового человека.
— Дим, ты не оставишь ее здесь? — спросила Имина у меня.
Я несколько секунд смотрел на девушку, в ней проснулось сочувствие к Бастарду? Оторвался от симпатичной блондинки, когда расслышал внизу на ринге шум. Кого-то вывели. Точно Ананина.
В своей позорной неизменной одежде. Ее не воротило от собственного вида в зеркале? Выглядела отвратительно, иной раз смотреть страшно. Но порой она чем-то забавляла, давала стимул не сдохнуть со скуки, даже от работы отвлекала. Наивная девочка, видимо, жизнь не успела носом потыкать в пол, ну тогда постараюсь сделать это вместо жизни.
Закурил. Засунул руки в карман джинсов, достал портмоне с кучей документов. Бастард, посмевший сказать слово поперек, пожалуй, стоил тысячи кредитов.
— Лот номер шесть, — ведущий поднял руку, представляя Ананину. Амбалы — Бастарды отпустили экспонат продажи, а она, не зная куда деть ладони спрятала в карманы. Часто так делала.
— Как вас зовут? — на ухо она ему ответила. — Анна.
— Лет сколько? — опять получил ответ. — Восемнадцать.
— Ты хотела бы на каком поприще больше работать? Интимного характера или лучше домоуправляющей?
Усмехнулся отсюда увидев, что Ананина замолчала и не желала отвечать. А ведущий склонился в ожидании ответа. Сколько неуемной гордости и ведь не ломалась никак? Даже извинения не прогнули. Она все также непреклонно смотрела. Не желала прогибаться. Это необычно и немного задевало чувство собственного достоинства, но не критично.
— Девушка, сказала что не хочет быть проданной. Предпочитает сама за себя отвечать! — насмешливо сказал ведущий. — Вы знаете, Бастард, попавший в зону Амиака больше себе не принадлежит. Я прав!?
Толпа проскандировала громко да.
— Хочешь свободы? — ведущий наклонил микрофон к губам Ананиной. Та ответила почти бесстрастно да. — Тогда отстаивай свою свободу!
Пепел с сигареты попал на руку. Обжегшись, выронил папиросу на скатерть. Вовремя подхватил, не устроив пожар. Внимание на ринг. Шутки в сторону. Она идиотка? Всему должен быть предел и ее самонадеянности тоже.
Ананиной пока ведущий объяснял правила боя. Она кивала, что-то спрашивала. В ушах загремели басы музыки. Срочно, что делать в критической ситуации? И почему вдруг ситуация стала для него критичной? Ну побьют Ананину, потом выкуплю, правда немного побитую.
На ринг вышел соперник. Женщина. И на этом хорошо, что женщина. Правда какая: Бастард-тяжелоатлет, выше на голову Ананиной, шея, как ее три, ноги мускулистые. Без шансов.
— Это будет избиением младенцев, — подвел итог громко Санек. — У Ананиной мозги в каком месте?
К всеобщему удивлению вмешался Макс:
— Ладно, так уж и быть. Я готов потратить на нее кредиты. Но потом она мне все до копейки отработает, — Трески достал деньги из кармана и подкинул на стол. Процедуру повторили многие.
Виталик, быстро собрав купюры, побежал вниз по лестнице.
Ананина тем временем в другом углу ринга, как в лучших боевиках готовилась к бою. Она на самом деле собралась драться? Девушка собралась драться? Пускай, она выглядит не очень женственно? но все-таки, кулаками махать и ногами? Представить сейчас Имину, в юбке бьющей хуком справа? Смех, да и только.
Ананина сняла куртку и накинула на цепочку ринга, разделяющую место драки и беснующуюся толпу за ней. На весь зал загорелись три экрана, показывая Аню крупным планом. Завязала длинные волосы в пучок. Сняла цепь со штанов, кольца с рук и подобные железяки. Попросила эластичные бинты, завязала запястья. Похоже она не впервой дерется профессионально. Мелькнула идиотская мысль может она выиграет, видя ее свирепый уверенный взгляд? Не… Это не реально. Ни за что не повер..
Прозвенел гонг. Лицо Ананиной крупным планом с татухой на глазу. Лицо у нее утонченное, нет ничего лишнего, уродующего. Если вот отрезать ей голову от тела, как сейчас на экране то симпатичная девушка, в смысле, Бастард. И конечно, если татуировку убрать и черные глаза стереть.
А дальше я ждал, когда же Виталик доберется до ринга и выкупит смертницу? Но время шло, а бой начался. Резкий удар и Ананина словила поцелуй от кулака по ребрам.
Виталик бежал через одну ступеньку вверх.
— Почему не выкупил? — первым озвучил мысль. На ринге Бастард замедленно осела на колени, прикрывая тело руками. Противница, найдя единственное не защищенное место, выдала очень точный удар ногой.
— Не принял. Сказал девушка отказывается. Если останется в живых выкупите, — я повернулся, чтобы углядеть, как Ананина словила очередной удар.
— Ауч, прокомментировал Трески, зажмурив один глаз. — Должно быть не приятно с такого разворота. Она ей челюсть не свернула?
Ананина упертая, как и всегда, поднялась с колен. Губа рассечена, под глазом красный кровоподтек, но она довольно юрко двигалась. Словно поймала за хвост второе дыхание, когда по лицу получила. И я стал уже с интересом наблюдать за зрелищем, не только с чувством глубокого омерзения над избиением младенца, но и с любопытством, оценивая. Противница была большая и не такая поворотливая, а Ананина успевала подлезть и под рукой, и под ногой, но энергии тратила заметно больше.
Бегала быстро, но в какой-то момент не сработало — не успела уйти с линии удара. Ее взяли за шкирку и положили затылком об пол. Трески с Польски встали во весь рост, комментировали бой. Они
